Святыни

В ГОСТЯХ У ПРЕПОДОБНОГО ГЕРАСИМА

Да будет, сын мой, благословение Божие на тебе и Пречистая Богородица до будет во всем тебе помощницей и заступницей. Мужайся и крепись на ополчение врагов видимых и невидимых. Много будет у тебя искушений от исконного врага рода человеческого и злых людей, желающих нанести тебе тяжелые скорби, но сила их немощна против помощи Божией…

Прп. Даниил, Переяславльский чудотворец
(по рукописи Антония, ученика прп. Герасима; гл.1)

Табличка с названием «Болдино» заметно отличается от всех дорожных знаков. Она сияет древней сказкой. И резкий поворот, и широкое шоссе, вдруг превратившееся в узкую дорогу, и по обочинам – деревца, тоже как будто вдруг выросшие из-под земли…

Мы стояли у Святых ворот Болдинского монастыря в предвкушении некой тайны – мы не знали, что нас там ждет. И на лицах юных паломников отражался легкий испуг от этого незнания. Но вскоре к нам вышел человек в черном одеянии. Глядя на нас, он кротко улыбнулся и по-доброму приветствовал нашу группу…

Войдя несмело внутрь монастыря, мы стали медленно озираться по сторонам. Небольшое поселение, отгороженное от остального мира белой кирпичной стеной, как будто отрывало тебя от суетливой повседневности и уводило в древность. Здесь не было ничего, что бы напоминало бы о серой гигантской современности. Только белые, чистые, не запачканные человеческой глупостью постройки встречали нас своим утонченным изяществом. Только золотые купола на фоне бесконечно синего неба касались нас лучами своего сияния. Земля, не залитая тяжелым асфальтом, была осыпана зеленой травой… Не обруганная жестокостью человеческого разума природа, созданная Господом Богом, в обители преподобного Герасима была на свободе.

По дорожке, покрытой мелким гравием, монах проводил нас в церковь Введения во храм Пресвятой Богородицы. Ступеньки, помещение, похожее на деревенские сени, и… мы оказываемся в полутемном храме. Все волновались перед Святым Причастием, но теплый свет от свечей, алтарное сияние, незлобивые лица прихожан и монахов дарили успокоение и домашний уют. И мы, богобоязливые дети цивилизации, уже не чувствовали здесь себя чужими…

После службы и Причастия нашим обновленным душам была подарена монастырская трапеза - скромная снедь, благословенная богом. Поразительная ситуация: в наше время изобилия мы не помнили себя такими сытными, как в этот день…

После того, как помогли убрать со стола грязную посуду, вновь вернулись в Введенский храм, где начинался молебен преподобному Герасиму Болдинскому и затворнику Макарию. Каждому представилась возможность приложиться к мощам святых угодников Божиих и помолиться за здравие своих родителей, братьев, сестер, родственников, попросить у святых заступничества и покровительства…  

Наступило затишье. Мы неторопливо ходили по храму, рассматривали лики святых, приобретали книги, иконки. Иеромонах Петр собрал нас в кружок и стал рассказывать сказку, полную печали и радости, добра и зла, но, конечно же, со счастливым концом.

Свое повествование он начал с 1528 года. Тогда пришел на смоленскую землю смиренный инок Герасим (в миру Григорий), жаждавший уединенной молитвы. Он поселился недалеко от города Дорогобужа в дикой лесистой местности. Спустя два года инок еще дальше ушел от города и устроил там себе «келейцу малу» под ветвями дуба (который в настоящее время находится среди монастыря при особой часовне). Вскоре о праведной жизни и подвигах схимника узнали люди, живущие в окрестностях, и вокруг кельи преподобного Герасима стало образовываться иноческое братство.

9 мая 1530 года уже был освящен деревянный храм Живоначальной Троицы с приделом во имя преподобного Сергия Радонежского, воздвигнутый на Болдиной горе («болда» - по-древнерусски «дуб») у речки Болдинки. Средства на его строительство дал сам великий князь Василий III.

«Так волею Божией на поле брани Руси с Литвой возник приют мира и молитвы: где слышались враждебные крики сражавшихся, раздались священные песнопения; где поднимался оружейный дым, пошло к небу курение кадила...» (из «Жития Преподобного Герасима Болдинского»)

Много тягот выпало на долю Герасима в период строительства обители. Не единожды монахи подвергались набегам разбойников, недовольных местных жителей, которые всячески издевались над преподобным. Но он каждый свой день проводил в смиренной молитве и ни на кого не таил зла...

Кажется невероятным, что по тем тропкам монастыря, где мы прохаживались в чутком безмолвии, ходил сам Преподобный Герасим, что вот в этой часовенке он слал мольбы Всевышнему о позволении построить храм для служения и совершения таинств...

К северо-западу от церкви Введения, почти посредине монастырского ансамбля виден возрождающийся из пепла Троицкий собор. Он простоял более четырех веков, претерпел глумления шляхты, католических иезуитов, наполеоновских наемников. А в 1943 году отступающие фашисты в испуге взорвали главный храм Болдинской обители...

Узнав историю монастыря, рассказанную иеромонахом, ты живо можешь представить себе картины печальных годин жизни храма. Там, где мы принимали Священное Причастие, целовали крест, раскаивались в собственных грехах, когда-то ходили французские конюхи, месили грубыми сапогами лошадиный навоз и разносили по благодатной почве маленького Болдинского мира. В трапезной утрамбовывал свое чрево видный наполеоновский генерал, а в сараях терлись друг об друга русские солдаты-пленники, терпя нужду, голод и издевательства...

Немало бед довелось принять монастырю и от «невидимых» врагов. Отпраздновав революцию 1917 года, новые власти решили «обновить» людскую веру: повсеместно по всей России стали закрывать Божьи храмы. Талантливейший архитектор Петр Дмитриевич Барановский, возглавлявший реставрационные работы по Болдину монастырю еще в 1910-х годах, спасая от разворовывания и разрушения пустующую обитель, организовал в 1920-х годах историко-художественный музей. Еще до войны он стал свозить к единственно восстановленному храму (Введенскому) деревянные церкви, собранные на Смоленщине Однако задуманной идее не дано было долго жить - в начале 1930-х годов был арестован директор музея и монахи монастыря, а война превратила бесценные сокровища в пепел.

«Родник всей моей жизни и моего дела...» - так назвал Герасимов монастырь П.Д. Барановский (сам родом из-под Дорогобужа), посвятивший восстановлению этого святого места большую часть своей жизни. Благодаря неустанному труду этого человека, сохранены Введенский храм с трапезной, колокольня и стена с четырьмя башнями... Работа реставраторам предстоит еще немалая...

И вот мы последний раз глядим на лестницу, ведущую в церковь Введения, на купола, окаймленные небесным нимбом, и радуемся тому, что где-то в глубине России есть еще приют спокойствия и умиротворения. Неизвестно, сколько предстоит невзгод терпеливо выстоять Болдинскому Свято-Троицкому монастырю, но пока есть Бог в сердцах людей, есть и надежды...

«Тогда вселится в вас страх Божий и тьма греховная бежит от вас, свет чистоты и бесстрастия озарит души ваша и увидите солнце правды и войдете в чертог небесные, как мудрые девы...» (Герасим Болдинский, из «Жития Преподобного»)

Коваль Елена, студентка СГПУ